Неточные совпадения
Я был рожден для жизни мирной,
Для деревенской тишины:
В глуши звучнее голос лирный,
Живее
творческие сны.
Досугам посвятясь невинным,
Брожу над озером пустынным,
И far niente мой закон.
Я каждым утром пробужден
Для сладкой неги и свободы:
Читаю мало, долго сплю,
Летучей славы
не ловлю.
Не так ли я в былые годы
Провел в бездействии, в тени
Мои счастливейшие дни?
Часто погружались они в безмолвное удивление перед вечно новой и блещущей красотой природы. Их чуткие души
не могли привыкнуть к этой красоте: земля, небо, море — все будило их чувство, и они молча сидели рядом, глядели одними глазами и одной душой на этот
творческий блеск и без слов понимали друг друга.
— «Русская интеллигенция
не любит богатства». Ух ты! Слыхал? А может,
не любит, как лиса виноград? «Она
не ценит, прежде всего, богатства духовного, культуры, той идеальной силы и
творческой деятельности человеческого духа, которая влечет его к овладению миром и очеловечению человека, к обогащению своей жизни ценностями науки, искусства, религии…» Ага, религия? — «и морали». — Ну, конечно, и морали. Для укрощения строптивых. Ах, черти…
— «Интеллигенция любит только справедливое распределение богатства, но
не самое богатство, скорее она даже ненавидит и боится его». Боится? Ну, это ерундоподобно.
Не очень боится в наши дни. «В душе ее любовь к бедным обращается в любовь к бедности». Мм —
не замечал. Нет, это чепуховидно. Еще что? Тут много подчеркнуто, черт возьми! «До последних, революционных лет
творческие, даровитые натуры в России как-то сторонились от революционной интеллигенции,
не вынося ее высокомерия и деспотизма…»
— К народу нужно идти
не от Маркса, а от Фихте. Материализм — вне народной стихии. Материализм — усталость души.
Творческий дух жизни воплощен в идеализме.
— «Внутренняя жизнь личности есть единственно
творческая сила человеческого бытия, и она, а
не самодовлеющие начала политического порядка является единственно прочным базисом для всякого общественного строительства».
Я все время поминал вас, мой задумчивый артист: войдешь, бывало, утром к вам в мастерскую, откроешь вас где-нибудь за рамками, перед полотном, подкрадешься так, что вы, углубившись в вашу
творческую мечту,
не заметите, и смотришь, как вы набрасываете очерк, сначала легкий, бледный, туманный; все мешается в одном свете: деревья с водой, земля с небом… Придешь потом через несколько дней — и эти бледные очерки обратились уже в определительные образы: берега дышат жизнью, все ярко и ясно…
Я опять
не мог защититься от досады, глядя на места, где природа сделала с своей стороны все, чтоб дать человеку случай приложить и свою
творческую руку и наделать чудес, и где человек ничего
не сделал.
Природа — нежная артистка здесь. Много любви потратила она на этот, может быть самый роскошный, уголок мира. Местами даже казалось слишком убрано, слишком сладко. Мало поэтического беспорядка, нет небрежности в творчестве,
не видать минут забвения, усталости в
творческой руке, нет отступлений, в которых часто больше красоты, нежели в целом плане создания.
Творческая задача
не есть исполнение закона,
не есть дело божественного фатума.
Не только в
творческой русской мысли, которая в небольшом кругу переживает период подъема, но и в мысли западноевропейской произошел радикальный сдвиг, и «передовым» в мысли и сознании является совсем уже
не то, во что продолжают верить у нас слишком многие, ленивые и инертные мыслью.
Душа
не раскрывается перед многообразной исторической действительностью, и энергия мысли
не работает над новыми
творческими задачами, поставленными жизнью и историей.
Это
не есть от века предрешенное, уже в онтологическом порядке осуществленное преимущество России, это — стоящая перед нами свободная
творческая задача грядущей жизни.
Ни в нашем «правом», ни в нашем «левом» лагере все еще
не совершается
творческой исторической мысли.
Вера в человека, в его
творческую свободу и
творческую мощь возможна лишь для религиозного сознания, а никогда
не для позитивистического сознания, которое смотрит на человека, как на рефлекс материальной среды, природной и социальной.
Революция в значительной степени есть расплата за грехи прошлого, есть знак того, что
не было
творческих духовных сил для реформирования общества.
Русские все еще
не поднялись до того сознания, что в живой,
творческой мысли есть свет, преображающий стихию, пронизывающий тьму.
С необыкновенной силой раскрывается в стихах Пушкина столкновение
творческой свободы поэта и утилитарных требований человеческой массы, черни, которая была у него, может быть, более всего чернью дворян, чиновников, придворных, а
не трудящихся масс.
Но личность существует лишь в том случае, если человек есть свободный
творческий дух, над которым кесарь
не всесилен.
Без существования внутреннего духовного ядра и
творческих процессов, в нем происходящих, никакой новый социальный строй
не приведет к новому человеку.
Сосредоточенность на материальной стороне жизни, которая наиболее далека от свободы, ведет к тому, что в ней начинают видеть
не средства, а цель жизни,
творческую духовную жизнь или совсем отрицают, или подчиняют материальной жизни, от нее получают директивы.
Русская интеллигенция всегда исповедовала какие-нибудь доктрины, вмещающиеся в карманный катехизис, и утопии, обещающие легкий и упрощенный способ всеобщего спасения, но
не любила и боялась самоценной
творческой мысли, перед которой раскрывались бы бесконечно сложные перспективы.
И служение
не противоречит
творческой свободе, оно
не может быть вынужденным и
не имеет никакой цены, когда является результатом насилия.
И отрицательная реакция
не должна связывать нашу
творческую энергию.
Существуют страны и народы, огромная роль которых в истории определяется
не положительным,
творческим призванием, а той карой, которую несут они другим народам за их грехи.
Эта борьба за национальное бытие —
не утилитарная борьба, она всегда есть борьба за ценность, за
творческую силу, а
не за элементарный факт жизни,
не за простые интересы.
Наше социальное сознание
не было
творческим.
Такие великие явления мировой культуры, как греческая трагедия или культурный ренессанс, как германская культура XIX в. или русская литература XIX в., совсем
не были порождениями изолированного индивидуума и самоуслаждением творцов, они были явлением свободного
творческого духа.
Нужна новая славянская и новая русская идея, идея
творческая, обращенная вперед, а
не назад.
И истинная национальная политика может быть лишь
творческой, а
не охраняющей, созидающей лучшую жизнь, а
не кичащейся своей статической жизнью.
Русь совсем
не свята и
не почитает для себя обязательно сделаться святой и осуществить идеал святости, она — свята лишь в том смысле, что бесконечно почитает святых и святость, только в святости видит высшее состояние жизни, в то время как на Западе видят высшее состояние также и в достижениях познания или общественной справедливости, в торжестве культуры, в
творческой гениальности.
Совершенно
не национальной, отвлеченно-человеческой, легко транспортируемой от народа к народу является наименее
творческая, внешне техническая сторона культуры.
Ошибка гуманизма была совсем
не в том, что он утверждал высшую ценность человека и его
творческое призвание, а в том, что он склонялся к самодостаточности человека и потому слишком низко думал о человеке, считая его исключительно природным существом,
не видел в нем духовного существа.
Воля к победе должна быть поставлена в зависимость от наших
творческих исторических задач, а
не от наших отрицательных оценок нравственных свойств немцев.
Новая жизнь ожидалась исключительно от изменений социальной среды, от внешней общественности, а
не от
творческих изменений в личности,
не от духовного перерождения народа, его воли, его сознания.
Всякая
творческая историческая задача предполагает изменение status quo и
не обходится без принудительного перераспределения исторических тел.
Все наше движение 1905 г.
не было одухотворено живыми
творческими идеями, оно питалось идеями тепло-прохладными, оно раздиралось горячими страстями и интересами.
За последние пятнадцать лет у нас было высказано много
творческих идей и идей
не только отвлеченных, но жизненных, конкретных.
И духовное преобладание в мире России, а
не Германии есть дело
творческого произвола, а
не отвлеченной справедливости.
В России никогда
не было
творческой избыточности, никогда
не было ничего ренессансного, ничего от духа Возрождения.
Творческое движение идей
не вызывает к себе сколько-нибудь сильного интереса в широких кругах русского интеллигентного общества.
В общественной жизни все ведь — в силе, в энергии духа, в характере людей и обществ, в их воле, в их
творческой мысли, а
не в отвлеченных принципах, формулах и словах, которым грош цена.
В
творческом движении, а
не в извечной неподвижности, которая кажется справедливостью, нужно искать более высоких качеств бытия народов.
Почти
не оставалось сил у русского народа для свободной
творческой жизни, вся кровь шла на укрепление и защиту государства.
Творчество национальных культур и типов жизни
не терпит внешней, принудительной регламентации, оно
не есть исполнение навязанного закона, оно свободно, в нем есть
творческий произвол.
Любовь наша к России, как и всякая любовь, — произвольна, она
не есть любовь за качества и достоинства, но любовь эта должна быть источником
творческого созидания качеств и достоинств России.
XX век выдвинет такие космические задачи в сфере
творческого труда над природой, в области производства и техники, о каких XIX век со всеми своими открытиями
не мог и мечтать,
не мог и подозревать.
Но плодоносно, когда национальность
творческими усилиями раскрывает в себе вселенское,
не обезличивая своего индивидуально-неповторяемого образа, но вознося его до значения всечеловеческого.
Интеллектуально марксизм совсем
не имеет
творческого характера.
Подлинное национальное сознание может быть лишь
творческим, оно обращено вперед, а
не назад.